суббота, 31 октября 2009 г.

Убить презiдента

Вы хорошо помните детство? Я - хорошо.

Вот например 1989 год. Мы с Кириком уже большие, но в школу еще не ходим. Мы - в его огромной четырехкомнатной квартире. Играем в Горбачева. Правила простые: Кирик - Горбачев, я - хороший. Почему Горбачев был плохим, я думаю, объяснять никому не нужно. И даже мы, дети, это чувствовали. И решали взрослые проблемы круто, со свойственным детству максимализмом и жестокостью. С плохишами у нас с Кириком всегда разговор был короткий:

- Я Горбачев!
- А-та-та-тат!
- Ыа-ыа!

Растяпа Горбачев, как всегда, не успевает выхватить свой пестик (или что у него там было вместо оружия). Словив пузом длинную автоматную очередь, он падает, разрызгивая по полу внутренности. Он будет умирать долго, мучительно. А потом воскреснет, но уже не Горбачевым, а "хорошим". Теперь - я Ельцин, а Кирик меня убивает. Понятное дело, Ельцин тоже был плохишом. И должен был за это ответить по законам гор. Почему "хороший" был безымянным? Вопрос не сложный. Разве вы можете назвать хорошего политика тех лет?

Горбачев

Прошли годы, я возмужал и поумнел. Вступил сначала в БПСМ, а потом перешел в сменивший его БРСМ. И теперь я знаю, кем был тот хороший - это тогда еще молодой Александр Григорьевич Лукашенко.

Завидую я современным белорусским детям. В своей игре "в Президента" они точно знают, как зовут "хорошего". Но меня мучает вопрос, кого же они тогда убивают? А как думаешь ты, дорогой друг?